De facto и de jure

О втором "коронавирусном" послании президента.

О втором "коронавирусном" послании президента.

Позавчера Президент снова обратился к нации. Сказал то, что и так всем понятно: де-факто ситуация чрезвычайная, «выходные» надо продлять. И не сказал того, чего от него все ждали.

Де-юре чрезвычайное положение не объявлено.

Формально режим ЧС — в полномочиях премьер-министра и губернаторов (Дума еще 31 марта внесла соответствующие поправки в законодательство). При этом очевидно, что решения будут приниматься по согласованию с первым лицом.

С трансляцией вышел небольшой казус. Дальнозоркие телезрители разглядели, что на ручных часах президента - неправильное время. Песков потом объяснил «отставание» технической задержкой. Но вышло символически — Президент запаздывает.

Есть мнение, что он просто избегает жёстких формулировок, чтобы не травмировать сограждан. Отсюда-де и мягкие ограничительные меры.

Наверху мягко стелют, а бизнесу жёстко спать. Потому что речь всё-таки про деньги.

Мэр Москвы на следующий день после президентского послания доверительно сообщил Первому каналу: «Вы знаете, там тоже дискуссия идёт о том, что надо немедленно всем выплатить из бюджета. Бюджеты треснут, они не смогут даже обеспечивать систему здравоохранения и так далее».

Слегка волнуясь и путаясь в формулировках, г-н Собянин продолжил: «Здесь бизнес тоже в этой ситуации должен проявить свою социальную позицию. Мы же не говорим о том, что на полгода надо распустить по отпускам. Один месяц. Я думаю, у большинства предприятий хватит ресурсов, чтобы обеспечивать ту часть людей, которые сегодня не работают. Ещё раз повторю: она не такая большая, правда».

Правда? Не такая большая?

Булат Шакиров, президент Российского совета торговых центров (РСТЦ): «Мы обсчитали 2 тыс. центров, и понимаем, что наши потери составляют порядка 50 млн. руб. в день. И 10 млн. человек, которые задействованы в этой сфере, я думаю, что, к сожалению, через неделю-две останутся полностью без работы. Компании исчерпают свои финансовые подушки. По нашим данным текущий объём задолженности ТЦ перед банками оценивается в 2 трлн. руб. Из двухсот ТЦ Москвы практически у всех есть кредиты перед Сбербанком или ВТБ. РСТЦ выступает за реструктуризацию всех кредитов в банках с госучастием».

Антон Данилов-Данильян, сопредседатель «Деловой России»: «В таких условиях проще обанкротиться, чем продолжать кому-то что-то платить и пытаться делать хорошую мину при плохой игре. Чем меньше компания, тем больше шансов, что она уйдёт с рынка. Всё зависит от сроков: если месяц останется нерабочим, то, наверное, 20% предприятий не откроются. Если продлится дольше, то, может быть, и все 40%. Мы, конечно, покажем очень серьёзный спад и полную дезорганизацию деятельности».

Сергей Катырин, глава ТПП РФ: «Продление нерабочих дней будет очень болезненно для сектора малого и среднего предпринимательства, особенно для микробизнеса. По статистике, в числе субъектов МСП – порядка 94% микропредприятий с численностью сотрудников до 15 человек. Всего за время кризиса может разориться до 3,5 млн. предприятий МСП».

Для справки: в организациях МСБ, по экспертным оценкам, заняты свыше 18 млн. человек; сектор обеспечивает более 25% от общего числа рабочих мест; доля предприятий малого и среднего бизнеса в российском ВВП составила в 2019 году до 22%.

Нет ни малейшего сомнения в том, что для С.С. Собянина, да и для «властей» в целом тут нет никакого открытия. Все всё понимают, но предпочитают молчать «на камеру».

Некоторое время назад «Эхо Москвы» распространило «письмо Мантурова» главе кабмина, которое поначалу воспринималось как фейк — настолько видение Минпромторга расходилось с официальной позицией правительства. Но существование документа подтвердили ТАСС и РБК.
В письме говорилось: «Необходимо дать возможность «встать на паузу» предприятиям всего потребительского рынка, кроме продуктовой торговли».

Речь шла как о крупных игроках рынка, так и о малых, а именно о производителях потребтоваров, общепите, опте, рознице, услугах, торговой недвижимости, логистике, доставке, гостиницах и так далее. Чтобы выжить в кризис, им необходимы послабления. В частности – «арендная амнистия»: то есть объявленное законом прекращение взимания арендных платежей. В продовольственном ретейле предлагалось привязать уровень арендной платы к размеру выручки. Кроме того, учитывая, что в условиях падения спроса бизнес не может выполнять свои обязательство перед сотрудниками в соответствии с трудовым кодексом, предлагалось упростить процедуру сокращения штата и позволить предприятиям общепита и непродуктовой торговли отправлять персонал в вынужденные отпуски, которые могут длиться до полугода, а государство будет выплачивать пособия до 80% от зарплаты. В Минпромторге сочли уместным обнулить и налоги с ФОТ продолжающих работать сотрудников.

В письме предлагается также на полгода отменить НДС и налог на прибыль, ограничить максимальную ставку по кредитам для ряда отраслей до 8% и отказаться от дополнительного регулирования, в частности, отложить экологические и утилизационные сборы. По оценке министерства, кризисный период для потребительского рынка России продлится не менее полугода.

Премьер Мишустин на это как бы отреагировал, но в привычном ключе: арендные платежи откладываются с рассрочкой на год.

Как мы и предполагали (см. https://promebel.com/monitoring/v_zerkale_rynka/russkaya_ruletka.html), власть пока не намерена вступать ни в какие дискуссии о компенсациях. Допустим, она ждёт, когда эпидемия пойдёт на спад (сложно тушить два пожара одновременно). Тогда государственные штабы тем более обязаны подать внятный сигнал: «Подождите, господа работодатели, справимся с коронавирусом — договоримся и о законных компенсациях, и о налоговой поддержке».

Без подобных оговорок «верхи» рискуют радикально ухудшить собственное положение. Страшно представить, что случится, если, не дождавшись успокоительного «сигнала», бизнес начнет банкротиться. Какие суды справятся с таким валом?! Какие биржи труда переварят безработных, счет которым пойдет на миллионы?! Кто станет управлять «осиротевшими» фабриками, когда прежние владельцы вынуждены будут объявить себя несостоятельными?! Страна и впрямь готова к национализации?

Государственный «арифмометр» должен, наконец, прикинуть, что дешевле: сегодня поддержать бизнес реальными деньгами или завтра содержать миллионы безработных. Г-жа Набиуллина (и, судя по всему, не только она) по-прежнему сильно озабочена удержанием инфляции: «Базовым сценарием для нас является то, что негативные эффекты будут сконцентрированы внутри II квартала текущего года. Годовая инфляция, тем не менее, пока еще значимо ниже 4%». Интересно, что она скажет об инфляции, когда под существующую денежную массу в стране не останется товаров? Уже сейчас эксперты говорят о нехватке, например, бытовой техники на складах.

Пока высокопоставленные чиновники мучительно подбирают синонимы к понятию «чрезвычайная ситуация», бизнес уже пережил первые панические недели и пребывает в настроении угрюмого недоумения. С каждым днём договариваться с предпринимателями будет всё труднее. Это, так сказать, де-факто.

Не меньшие потери маячат и на большом политическом горизонте. Сегодня крепнет впечатление, что отложено не только «судьбоносное» голосование по поправкам, но и сама Конституция.

В Мосгорсуд уже подан первый иск о неконституционности Указа о режиме самоизоляции (какая же она само-, если по указу?). Пока речь идёт о нарушении права на передвижение (Статья 27, п.1). Впереди — иски о нарушении Статьи 8 (о защите частной собственности) и Статьи 35. п. 3. («Никто не может быть лишён своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения»). Не должен ли гарант Конституции (Статья 80 п.2) защитить её от себя самого, а себя – от ненужных, отвлекающих судебных разбирательств, инициировав, наконец, введение режима ЧС?

Это де-юре.

А теперь об очень долгоиграющем. Пока государство тянет с официальным признанием форс-мажора, возникают сомнения морально-нравственного свойства. По факту получается, что правы были те, кто тащил деньги за кордон, кто покупал виллы на Барбадосе и в Монако. Они на поверку — мудрые и предусмотрительные люди. А те, кто два десятилетия инвестировал силы и средства в рабочие места и в товары для соотечественников — доверчивые и наивные «лохи».

Как жить, если страна с этим согласится?

 

Ирина Фадеева, 

Шеф-редактор МБ.

 

 
читайте также 01 сентября 2020 Задача — изменить рынок

Компания «ФомЛайн» запустила в Кузнецке новую промплощадку по выпуску товаров для сна.


05 июня 2020 С барского стола

«Мебельный бизнес» выяснил, как помогает государство «системообразующим».


26 мая 2020 Hoff Домашний маркетплейс. Станьте партнером

Федеральный ритейлер создал себе и партнёрам значимое цифровое лидерство, запустив собственный маркетплейс.


14 мая 2020 Как это было. Эпизод 3

Архивные публикации «МБ»: о кризисе 2014.


17 апреля 2020 Как это было. Эпизод 2

Архивные публикации «МБ» о кризисе 2008.


13 апреля 2020 Как это было

Что говорили эксперты рынка о кризисе 2008 года.

ссылки по теме Стресс-тест в онлайне
свежий номер

Мебель HUB 2021

Malaysian International Furniture Fair

CIFF Guangzhou

International Alliance of Furnishing Publications

Connect

German Furniture Brands

реклама на сайте Как сюда попасть?