Смотреть на диван, а видеть тенденцию — обязанность каждого профессионала-мебельщика.
Мода всегда неотступно следует за потоком жизни. Когда мир смело смотрит в будущее, дизайнеры позволяют себе футуристические коллекции, а стоит забуксовать экономической машине — они вспоминают об экофилософии.
Такие колебания и шараханья моды могут показаться надуманными. Но факты неумолимы: уж очень одинаково подиумы реагируют на приходы кризисов и периоды благоденствия.
Конечно, это примитивная модель, упрощённая, не берущая в расчёт персональный вклад в моду медийных персон или, например, мощного влияния кинематографа, но она помогает в первом приближении делать прогнозы на будущее.
Не только индустрия от-кутюр и прет-а-порте так зависима от экономики, политики и социальных потрясений. Глядя на последние достижения в любой из многочисленных сфер дизайна, стоит в первую очередь задаваться вопросом: «Отчего?». Поняв причину актуальности того или иного направления, нащупав вектор, можно понять, куда двинется мода завтра.
Сегодня движущими силами всех трендовых перемен служат экономическая стагнация и виртуальность. Производители мебели напоминают нам об истоках, пытаются радовать, несмотря ни на что, а сами ищут способы сэкономить, да так, чтобы потребитель экономии не заметил. Таково лицо современной мебельной моды.
Диваны-дельтапланы широко раскинули свои крылья, но «летают» совсем низко над полом. На последнем миланском салоне по принципу «невысоко и протяжённо» было устроено подавляющее большинство мягких зон. Причём стиль мебели, настроение, ценовая ниша, в которой работает производитель, а также обивочные материалы и фурнитура никак не влияли на диванный «скелет»: худеют и молодёжные «раскладушки», и гламурные кушетки, и классические канапе.
Уютные драпировки и мягкие складки, кажется, в прошлом. Сделав акцент на выразительные материалы, формы дизайнеры упростили до предела. На невысокой тонконогой раме современной софы лежит широкий и непышный «корж» сидения. Третьим этажом возвышается спинка — тоже длинная и невысокая. Сдержанная плоскостная геометрия и тщедушно-изящные «члены» — самый популярный силуэт нынешних лет. Подушки туго и гладко обтянуты чехлами, подлокотников или нет совсем, или они предельно узки.
Всё чаще мебель и вовсе выглядит монолитно: будто спинку сделали, перегнув плоскость сиденья через колено.
Выразительности таким объектам придают остроумные решения: непривычные сопряжения плоскостей, контрастные канты в швах или просто комбинация цветов и фактур.
Пары отдельных слов требует мода на скруглённые углы.
В последнее время наметилась очевидная тенденция: именно для спинок диванов, кресел и кроватей дизайнеры выбирают эллипсовидные формы. Небольшие изголовья «батончиком» выглядят мило и необычно. А если сделать спинку модульной, как у bruehl, можно выиграть и в функциональности: каждый сидящий сможет настраивать диван под себя.
Виной всему влияние трендового стиля середины прошлого века: необязательно делать полноценный ретродиван, достаточно срезать пару углов — и вот она, свежая, «старомодная» модель.
Габаритный объёмный диван не может быть чрезмерно ярким или орнаментально-избыточным. Поэтому именно кресло выступает в интерьере как цветовой акцент (может, поэтому мебельные «гарнитуры» в одном стиле и одного тона всё менее популярны?). Рядом со светлой минималисткой софой остро-жёлтое или жгуче-голубое кресло или броское кресло в «гусиную лапку» оказываются как нельзя кстати.
Есть ощущение (возможно, галлюцинация), что год от года эти сравнительно небольшие предметы мебели выглядят всё забавнее. Теперь, пока диваны тощают, кресла смело натягивают на себя разноцветные эпатажные тюфяки. Пышные перины с комфортом располагаются на безыскусных трубчатых рамах-основаниях. Самая модная фишка — уместить в одном предмете сразу несколько однотонных обивок: на «лице» и «спинке» подушек, на канте шва или на обшитых пуговицах.
Ещё недавно мы жили так, будто будущее уже наступило. Бал правили стерильность, безупречность и скорость. Возможность мгновенного обмена информацией казалась панацеей от всех бед. В свете софитов стоял увенчанный славой Карим Рашид — весь в розовом.
Закачалась башня европейской экономики — и вера в прогресс покинула сердца современных яппи. Как мало, оказывается, нужно, чтобы прошлое, которое проводили без сожаления, начало восприниматься как «утраченные корни»! Скрипнули сваи — и вот уже наметилась ностальгия по эпохе пятидесятых. Ещё толчок — медлительность предстаёт в глазах общества благородной размеренностью, побежит по стене трещина — и в состаренных вещах начинают видеть бесценный налёт времени, а природные оттенки противопоставляют «неонам» как единственно подлинные. И немудрено: ураганы пережидать лучше, крепко стоя на ногах.
Нет для маркетолога жертвы доступнее и благодарнее, чем отчаявшийся клерк, мир которого трещит по швам. Такой готов будет платить любые деньги за сладкие пилюли стабильности. Поэтому в коллекциях ведущих марок обосновались диваны и кресла из добротных, «настоящих» материалов. Благородная кожа дорогой выделки, внушительная ноздреватая замша и шерсть — антидепрессанты эпохи рецессии. Натуральные кофейные оттенки — наше всё. Мебельный дизайн не лечит болезней экономики, зато приглушает симптоматику: лёжа в теплой комнате на кожаном диване, как-то увереннее смотришь в будущее.
Всё ещё остаются актуальными аллюзии на тему косичек и пряжи. Плетение модно во всех видах — популярность шерсти зашкаливает, идеи использования «макраме» из гигантских ниток множатся, как грибы после дождя, а простёжка, имитирующая вязку, вообще хит сезона.
«Наш мир давно организован по типу сети. Он будто завяз в гигантской паутине контактов, знакомств и привязанностей. Этот образ актуализирует в глазах дизайнеров ткацкие промыслы. Даже промышленные вязаные товары вызывают доверие, в них всё равно сквозит что-то родное и человечное, а теперь это очень важно», — объясняют трендсеттеры.
Ностальгия по эстетике компьютерной игры Neverhood явно не даёт покоя многим дизайнерам. Кресла и диваны, представленные в коллекциях культовых Moroso, Ligne Roset, Roche Bobois выглядят так, будто их слепили из цветного пластилина.
Яркие цвета, неожиданные сочетания, часто парадоксальные формы придают пуфам, креслам и диванам вид детской мебели. Но такая ироничная мешанина из наследия дизайна шестидесятых, стилистики пятидесятых годов и больного воображения автора задумывается именно как мебель «для больших».
Главные цвета — бирюза, жёлтый и зелёный. Там же — морковный и неоновый рыжий. Любимый ход — сочетание нескольких однотонных обивок в одном объекте.
Любой психолог подтвердит, что один из способов отвлечься от проблем — позволить себе побыть ребёнком, окружить себя яркими красками.
Мы все теперь немного висим в воздухе. Если хотите, среднестатистический житель современного города — кочевник похлеще любого бедуина.
Теперь естественно вести свободный, «беспроводной» образ жизни. Мысль, что эта вольница может быть потеряна, тяготит нас. Защищать свою свободу — главный рефлекс большинства активных и деятельных людей. Кто-то стремится убежать как можно дальше от цепких обстоятельств — на Гоа, на берег Ганга, в Латинскую Америку или в мир популярной компьютерной игры. Кто-то наряжает свою свободу, как девочка любимую куклу, в яркие костюмы, холит и лелеет. Свобода с машиной, бойфрендом Кеном, домом и лошадью стоит дороже, с ней уже не так легко расправиться. Поэтому мы маниакально снабжаем идею независимости аксессуарами: ввязываемся в спортивные состязания на пленэре, вводим в моду утилитарные костюмы и скупаем роскошные кемпинги.
Но есть и другой способ усмирить «кочевничий» голод: поставить посреди квартиры свою юрту и укрыться в ней от суеты. Иногда, чтобы стать по-настоящему свободным, достаточно прислушаться к своему сердцу.
А европейские мебельщики, нащупав «болевую точку», уже который сезон поставляют на суд зрителя объекты, задуманные сообразно идее: «Мой диван — моя крепость».
29 июня 2012 (№110)
«Мебельный бизнес» провёл перекличку актуальных тенденций.
Взаимопроникновение интерьера и экстерьера в жилой среде — мегатренд с далеко идущими последствиями.
Персонификация всё сильнее сказывается на всех сферах мебельного производства. Дизайнеры выделяют всё более экзотические потребительские группы — лишь бы выстрелить покупателю в самое сердце. А что способно растрогать больше, чем проявление заботы о тех, кто нам дорог?
«Богемская рапсодия» подтвердила многомиллионные кассовые сборы четырьмя «Оскарами».
В новых декорах коллекции Kronodesign отражена концепция «Гармония контрастов»
Известная плитная марка одной из первых на российском рынке ответила на возвращение в дизайн-дискурс африканской темы.